В Казахстане Главная Личности Точные и естественные науки

Каныш Сатпаев — отец и наставник казахстанской науки

Каныш Сатпаев
Автор Йорик

В честь дня рождения выдающегося учёного, помогшего появиться казахстанской Национальной Академии наук (НАН) — Каныша Сатпаева, Йорик делится с читателями его биографией. Впрочем, мы можем и в обычные будни вспоминать Сатпаева, но сегодня — особенный случай.

Каныш Имантаевич Сатпаев, каз. ?аныш Имантай?лы С?тбаев (12 апреля 1899, аул Аккелинской волости, Павлодарский уезд, Российская империя — 31 января 1964, Москва) — советский академик геолог, организатор науки и общественный деятель. Один из основателей советской металлогенической науки, основоположник казахстанской школы металлогении.

Доктор геолого-минералогических наук (1942), профессор (1950), первый директор Института геологии казахского филиала Академии наук СССР (1941-1964), заместитель Председателя этого филиала (1942-1946), академик Академии наук СССР (1946), организатор и первый президент АН КазССР (1946), лауреат Государственной (1942) и Ленинской (1958) премий, К.И.Сатпаев был всесторонне развитым ученым – человеком, который мог стать и замечательным писателем, и историком, и вдумчивым педагогом, и математиком.

Каныш Сатпаев родился в Акмолинской области, Российской империи, ныне аул имени К.И. Сатпаева в Баянаульском районе Павлодарской области.

С 1909 по 1911 годы Каныш Сатпаев учился в аульной школе.

В 1911 году поступил в русско-киргизское училище в городе Павлодар, которое окончил в 1914 году с отличием. После окончания училища Каныш Сатпаев, несмотря на возражения отца Имантая, отправился на обучение в учительскую семинарию в Семипалатинске, где в связи с туберкулёзом у него возникли трудности со здоровьем. Тем не менее он получил диплом об окончании семинарии в 1918 году, сдав экзамены экстерном.

Каныш Имантаевич намеревался продолжить обучение с целью получения высшего образования, однако с аттестатом семинарии в то время в вузы принимали только при условии сдачи экзамена по математике и одного иностранного языка. Следующие полтора года Сатпаев готовился для поступления в Томский технологический институт. Параллельно с учёбой Сатпаев работал учителем естествознания двухгодичных педагогических курсов в Семипалатинске.

Работу и обучение пришлось отложить в связи с обострением туберкулёза. Почти год Сатпаев провел в родном ауле, принимая лечение и восстанавливая силы. Врачи считали, что он уже никогда не сможет продолжить учёбу, и сможет жить только в родном ауле, на свежем воздухе, принимая кумысолечение.

Находясь на лечении в Баянауле, Каныш Сатпаев начал составление учебника по алгебре для казахских школ, который он закончил в 1924 году. Данный учебник стал первым школьным учебником алгебры на казахском языке.

В 1920 году Сатпаев был назначен первым в Баянауле председателем Казкультпросвета (отдел по проведению культурно-просветительной работы среди трудящихся), созданного с укреплением советской власти. Тогда же постановлением Павлодарского ревкома он был назначен народным судьёй 10-го участка Баянаульского района.

«…Помню, как сразу же после установления советской власти в Сибири председатель первого в Павлодаре уездного ревкома П. В. Поздняк вызвал меня в Павлодар и … определил на работу в Баянаул председателем только что учреждённого там 10-го участка народного суда…» — вспоминал К. И. Сатпаев во время своего 50-летнего юбилея.

На выбор профессии юноши повлиял профессор из Томска Михаил Антонович Усов, приехавший в 1921 году лечиться в Баянаул. Он разбудил в К. И. Сатпаеве желание исследовать недра родной земли, отдать их Родине и людям. Позже академик К. И. Сатпаев напишет:

«Мне выпала великая честь поднимать социалистическую индустрию…, создавать передовую науку в Казахстане».

В 1926 году Каныш Сатпаев успешно окончил Томский технологический институт и, став первым казахом с дипломом горного инженера-геолога, был направлен в распоряжение Центрального Совета народного хозяйства.

Именно в студенческие годы начало формироваться научно-инженерное мировоззрение Сатпаева под благотворным влиянием сибирской школы геологов и особенно его любимого учителя и наставника профессора Усова.

Становлению его многогранной личности способствовали не только замечательные педагоги и его великие учителя, такие как академики  Усов и Обручев, перед ним стояли Чокан Валиханов и Абай. Сама духовная атмосфера того периода, связанная с великими открытиями человечества в области науки и техники, литературы и искусства, выгодно способствовала воспитанию.

1926-1941 гг. — инженер-геолог, руководитель отдела, главный геолог Атбасарского, Карсакпайского геологических трестов. 

В 1926 году Сатпаев возглавил геологический отдел треста «Атбасцветмет». На его долю выпала серьезная задача — проведение первых стационарных геологоразведочных работ по планомерному выявлению запасов полезных ископаемых в Жезказган-Улутауском районе. В отличие от англичан и Геологического Комитета при СНК, которые оценивали запасы Жезказгана как скромные, Сатпаев был убежден в огромных запасах руд в этом регионе.

В ведении Атбасарского треста находилось медное месторождение и недостроенный медеплавильный завод в посёлке Карсакпай. Строительство завода началось десять лет назад, когда англичане взяли в концессию у бая Карсакпая территорию и начали поиски меди. Они построили плавильный цех, частично установили оборудование, но много меди найти им не удалось. С наступлением Февральской революции англичане покинули завод, который впоследствии решила достроить советская власть. Каныш Сатпаев, как главный геолог треста, отправился туда, чтобы осмотреть местность и узнать о продвижении строительных работ. Специалисты, занимавшиеся месторождением, и руководство завода относились к перспективе развития добычи меди в регионе очень скептически. Они считали, что её запасов хватит на ближайшие 10-15 лет, не более. Однако, осмотрев местность, Каныш Имантаевич с ними не согласился. Он считал, что в районе Джезказгана имеются огромные запасы меди, которые прежде не были обнаружены. Добившись от Геолкома выделения одного станка, Сатпаев начал исследование местности на наличие металла. Руководство Геолкома и эксперты, которые были знакомы с Джезказганским регионом, считали идею Каныша Имантаевича обречённой на провал.

Тем не менее, уже через год после начала работ, Сатпаев наткнулся на крупный пласт руды мощностью более десяти метров. Результаты анализа, проведённого в Ленинграде, показали, что это был прежде неизвестный пласт руды с богатым содержанием меди. Благодаря этому открытию Сатпаеву удалось расширить поисковые работы в 1928 году, увеличив число станков до двух. Обнаружив ещё три крупных месторождения, геолог увеличивает объём исследовательских работ на 1929 год вдвое. И в этот год открываются ещё три залежи и одно новое рудное поле. Учитывая данные обстоятельства, Сатпаев публикует в журнале «Народное хозяйство Казахстана» статью, в которой заявляет, что потенциально Джезказган представляет собой одну из богатейших провинций меди в мире, более крупную, чем большинство провинций Америки. Основываясь на своих предположениях, Каныш Имантаевич приходит к выводу, что находящийся неподалёку Карсакпайский завод не осилит объём добытой в Джезказгане руды. Также он предполагает, что в регионе необходимо построить водохранилище и проложить ширококолейную железную дорогу. Со всеми этими предложениями он регулярно обращается в вышестоящие органы, выступает в печатных изданиях, и даже предлагает внести развитие региона в пятилетний план развития экономики СССР.

Предложения Сатпаева вызывают отрицательную реакцию среди руководства треста и Геолкома. Вместо предложенного молодым геологом плана развития Джезказгана они предлагают оставить объёмы исследовательских работ на 1930 год прежними. Тогда Сатпаев, настаивая на своей правоте, добивается рассмотрения своих предложений на заседании горно-металлургического сектора ВСНХ. После длительных дебатов ВСНХ соглашается с доводами Геолкома и признаёт аргументы Сатпаева несерьёзными. Не желая мириться с выводами ВСНХ, Каныш Имантаевич весной 1930 года попадает на приём к председателю Госплана СССР Г. М. Кржижановскому, где обосновывает свои предложения. После этого на разведку Джезказгана выделяется дополнительная сумма денег, буровая техника и кадры. В следующие два года объёмы исследовательских работ продолжали увеличиваться. Начал решаться волновавший Сатпаева вопрос с нехваткой в регионе воды: ему удалось договориться о начале в следующем, 1933-м году, гидрогеологических исследований района в целях поиска воды.

В 1932 году К. И. Сатпаев публикует первую научную монографию “Джезказганский медно-рудный район и его минеральные ресурсы”. К тому времени было установлено, что в рудах Жезказгана более 2 млн тонн меди, а не 60 тыс. тонн, о которых говорили английские специалисты и сотрудники из Геологического комитета при СНК. Это было доказательством научного предвидения К. И. Сатпаева.

Однако в начале 1933 года Геолком принимает решение о резком сокращении финансирования разведочных работ в Джезказгане. Был оставлен лишь один процент от прошлогодней суммы. Аргументом в пользу такого решения была неразвитая инфраструктура региона: не было ни железной, ни автомобильной дорог, не было воды и многих других условий для жизни. В целях сохранения кадров и продолжения работ Каныш Имантаевич был вынужден искать дополнительные источники финансирования. Он заключил соглашение с трестами «Золоторазведка» и «Лакокрассырьё» о разведке месторождений необходимых им ископаемых. Однако имевшихся средств было недостаточно ни для сохранения, ни тем более для увеличения исследовательских работ. Сатпаев обратился за помощью к М. А. Усову и его другу, профессору В. А. Ванюкову. С их помощью Канышу Сатпаеву удалось выступить в Академии наук СССР и доказать обоснованность сделанных им выводов касательно запасов медной руды Джезказгана. В постановлении третьей сессии Академии 1934 года говорилось о необходимости строительства в течение третьей пятилетки в Джезказгане медеплавильного комбината. Сессия также поддержала предложение Сатпаева о строительстве железнодорожной линии Джезказган — Караганда — Балхаш. Затем Каныш Имантаевич обосновал свои предложения перед наркомом тяжёлой промышленности Г. К. Орджоникидзе. После этого в регионе начались широкие исследовательские работы. Впоследствии оказалось, что Джезказганское медное месторождение было на тот момент крупнейшим в мире по прогнозируемым запасам.

В 1934 году на сессии Академии наук СССР К. И. Сатпаев выступает с докладом «Медь, уголь, железные, марганцевые руды и другие полезные ископаемые Джезказган-Улутауского района», в котором всесторонне обосновывает богатые перспективы Жезказганского месторождения и всего района. Ученые Москвы во главе с В. А. Обручевым убедились в безусловной победе молодого ученого.

К 1937 году разведанные запасы меди позволили назвать Жезказган крупнейшим месторождением меди в мире и обосновать строительство здесь горнорудного предприятия. 13 февраля 1938 года вышел Приказ Наркомтяжпрома о строительстве Жезказганского горно-металлургического комбината.

В своей многоплановой деятельности Каныш Имантаевич не ограничивался лишь геологоразведочными работами, он вел и широкую многоплановую работу по всем направлениям геологической науки.

К 1940 году в Джезказгане было построено Досмурзинское водохранилище и железная дорога, соединяющая Джезказган, Караганду и Балхаш.

За открытие Джезказганского месторождения Каныш Сатпаев в 1940 году был удостоен высшей награды страны — ордена Ленина.

В 1941 году Сатпаев назначается директором Геологического института Казахского филиала академии наук СССР, а через год он становится руководителем этого подразделения — будущей Академии наук Республики.

В трудных условиях военного времени свою кипучую деятельность Сатпаев направил на организацию работы для защиты страны от фашизма. Среди важнейших проблем, решенных геологами республики под руководством Сатпаева в военные годы, было бесперебойное снабжение фронта металлом, углем, нефтью. Значение казахстанской помощи фронту и роль в этом Сатпаева были, безусловно, громадными. С понятной гордостью он не раз говорил:

“Девять из десяти пуль, разящих гитлеровских оккупантов, отливается из свинца, добытого в Казахстане”.

Война с фашизмом потребовала перестройки деятельности Казахского филиала Академии наук, руководителем которого являлся Сатпаев. В это тяжелое время по его инициативе наращивается выплавка меди на Балхашском заводе за счет вовлечения в переработку руд Жезказгана, он умело направлял деятельность отечественных исследователей и активно участвует в работе по расширению и оптимизации сырьевой базы металлургических предприятий Рудного Алтая и Южного Казахстана.

В суровые военные годы Сатпаев и его соратники совершили настоящий научный подвиг, когда враг захватил единственное действующее тогда Никопольское марганцевое месторождение на Украине, перекрыл дороги к Чиатуре на Кавказе и уральские танковые заводы оказались без сырья для производства броневой стали. Так, в начале 1942 года была получена шифрованная телеграмма за подписью председателя Государственного Комитета Обороны И. Сталина, обязывающая геологов срочно найти месторождение марганца, требовавшегося для выпуска броневой стали. В тот же день в Дом правительства пригласили всех геологов и ученых, находившихся в Алма- Ате, дали от имени первого секретаря ЦК задание — к утру следующего дня прийти с готовыми предложениями по этому поводу. Каково же было удивление повторно собравшихся специалистов, молчаливо сидевших в зале, когда с места поднялся их коллега Сатпаев и вполне ответственно заявил о том, что нужная для фронта ферромарганцевая руда в достаточном количестве имеется в местечке Жезды, всего на расстоянии 45 километров от станции Жезказган. После недолгой проверки рудных образцов доселе неизвестного месторождения началась подготовка к добыче руд, не прерывавшаяся ни на минуту круглые сутки. На строительных площадках трудились тысячи людей, была сконцентрирована разнообразная техника. Напряжение нарастало с каждым днем. Государственный комитет обороны, как с фронта боевых действий, ежедневно получал сводки от строителей Жезды. В результате принятых жестких мер и героических усилий жезказганцев через 38 дней с начала подготовительных работ были отгружены первые тонны драгоценной марганцевой руды, за три месяца была завершена постройка железной дороги, заодно рудника и рабочего поселка.

1942 году Сатпаеву присудили Сталинскую премию за монографию «Рудные месторождения Жезказганского района», обобщавшую исследования, полученные им за 15 лет изучения региона. Помимо этого, к тому моменту Канышем Сатпаевым было опубликовано более сорока научных трудов. По совокупности работ 17 августа 1942 года Высшая аттестационная комиссия присвоила геологу степень доктора геолого-минералогических наук. Летом 1943 года Каныш Имантаевич был избран членом-корреспондентом Академии наук СССР и утверждён в должности председателя Президиума КазФАН СССР. В том же 1943 году Каныш Сатпаев приглашает к себе молодого инженера Ш. Ч. Чокина на должность заведующего только организованным сектором энергетики. Впоследствии Чокин станет крупным учёным и одним из ближайших сподвижников Каныша Имантаевича. В своих мемуарах «Четыре времени жизни» он вспоминал:

Каныш Имантаевич для меня — пример одержимости в науке, пример того, как надо жить для своего народа. С его лёгкой руки я ушёл в науку, что считаю даром судьбы.

В том же году Сатпаев, по совету первого секретаря Фрунзенского райкома партии, подал заявление о входе в Коммунистическую партию. Он хотел сделать это, ещё будучи в Джезказгане, однако тогда, узнав о том, что он потомок бия, ему отказали. Но на этот раз, в 1944 году, ему был выдан билет члена ВКП(б). В том же году Президиум Верховного Совета КазССР присвоил Сатпаеву звание «Заслуженный деятель науки Казахской ССР».

Осенью 1943 года за заслуги в развитии науки и большие научные достижения Сатпаев был избран членом-корреспондентом Академии наук СССР. В эти годы он особое внимание уделял ходу проектирования и строительства Казахстанской Магнитки, Балхаша и Атасуйского горнорудного комбината.

По поручению ЦК КП Казахстана и правительства республики провел большую подготовительную работу по созданию Казахской Академии наук. Создание Академии наук Казахской ССР стало итоговым результатом большой предварительной работы, проделанной Сатпаевым. В этой работе неоценимую помощь оказали ученые Москвы, Ленинграда и других городов страны, временно эвакуированные в Казахстан. Совместно с ними были разработаны меры по подготовке научных работников высшей квалификации — докторов наук, особенно из казахов; определены основные учреждения. Большая работа была проделана в области подготовки научных кадров — организована аспирантура по всем основным научным направлениям, причем в аспирантуру привлекались больше специалисты с производства. В подготовке научных кадров большую помощь научным учреждениям Казахстана оказали многие видные ученые нашей страны. Группа специалистов, преимущественно казахов, были направлены в докторантуру Академии наук СССР.

В 1945 году, учитывая быстрые темпы развития КазФАН СССР, его руководитель Сатпаев был награждён вторым орденом Ленина. Также он был удостоен ордена Отечественной войны 2-й степени.

В октябре 1945 года Правительство СССР вынесло решение об образовании Академии наук Казахской ССР. Официальное открытие республиканской Академии состоялось 1 июня 1946 года. Несомненно, это было крупнейшее событие в истории Казахстана, праздник всего казахского народа.Совет Министров утвердил состав штаба науки республики. В него вошли 14 действительных членов Академии наук и 16 членов-корреспондентов.

В июне 1946 года К. И. Сатпаев был избран первым Президентом Академии наук Казахстана. В октябре этого же года он был избран действительным академиком Академии наук СССР.

Академия наук Казахстана создавала большую науку с необходимыми подразделениями и институтами, определялись пути развития экономики и культуры, интенсивного использования богатейших минерально-сырьевых природных ресурсов республики. Огромную организаторскую деятельность по управлению наукой и заботу об индустриальном развитии Казахстана К. И. Сатпаев сочетает с оказанием практической помощи промышленным комплексам. По его инициативе проводились выездные сессии Академии наук в крупнейших промышленных регионах республики — Усть-Каменогорске, Атырау, Караганде, Жезказгане, Кустанае. Были открыты новые академические институты: ядерной физики, математики и механики, гидрогеологии и гидрофизики, химии нефти и природных солей, химико-металлургический, горно-металлургический, ихтиологии и рыбного хозяйства, экспериментальной биологии, экономики, философии и права, литературы и искусства, языкознания. Энциклопедическая образованность позволяла Президенту принимать личное участие в создании этих центров большой науки.

Молодая Академия наук Казахстана росла и развивалась. Формировались научные кадры. К. И. Сатпаев всемерно поддерживал и растил талантливую молодежь. Он лично руководил комплексным изучением природных ресурсов полуострова Мангышлак, исследованиями новых месторождений угля, нефти, газа, руд черной металлургии, активно поддерживал строительство канала Иртыш-Караганда.

Диапазон интересов академика К. И. Сатпаева был необычайно широк и выходил за рамки естественных наук. Он был большим знатоком казахской истории, литературы, культуры, этнографии, музыки и фольклора, общеизвестны его археологические изыскания на территории Центрального Казахстана, труды по педагогике и литературе. Он первым оценил значение романа М. О. Ауэзова «Путь Абая», передал 25 народных песен собирателю фольклора А. Затаевичу, оставил множество работ о театре, искусстве, культуре, по воспитанию молодежи.

В свою очередь Мухтар Ауэзов также тепло отзывался о Каныше Сатпаеве:

“Большая особенность Каныша заключалась в том, что он и с химиком, и с биологом, и с физиком, и с медиком да и с историком и филологом может разговаривать на их научном языке”.

Вместе с тем следует подчеркнуть, что К. И. Сатпаев в первую очередь был и остается крупнейшим ученым в области геологической науки. Он создал и возглавил школу металлогении в Казахстане. Разработанный им комплексный подход формационного металлогенического анализа стал основополагающим для геологической науки и практики. Глава всей науки Казахстана был заслуженно признан прежде всего главой казахстанской школы геологов, одним из создателей науки о металлогении. Он оставил после себя большую плеяду ученых, воспитал целую школу металлогенистов Казахстана.

Каныш Сатпаев представлял казахстанскую науку и за рубежом. В 1947 г. он в составе делегации Верховного Совета СССР посетил Англию, где достойно представлял ученых страны. Как член советской парламентской группы был принят Уинстоном Черчиллем, премьер-министром Англии Эттли. В 1958 г. К.И. Сатпаев в составе представительной делегации побывал в Китае, где принял участие в работе геологической конференции КНР.

«Сгущение туч» над Академией наук и её руководителем Сатпаевым началось в конце 1946 года, когда была организована комиссия ЦК КП Казахстана для проверки деятельности Института языка и литературы АН КазССР. Комиссией было принято постановление о том, что институтом были допущены грубые политические ошибки в оценке творчества многих деятелей прошлого и извращения националистического характера. Далее постановление гласило:

«…это могло произойти потому, что руководство Академии наук Казахской ССР…нарушило большевистский принцип подбора кадров, в результате чего институт оказался засорённым социально чуждыми и случайными людьми…Президиум Академии наук КазССР не обеспечил должное руководство Отделением общественных наук и, в частности, Институтом языка и литературы…»

В последующие годы Академия наук испытывала большой наплыв комиссий и проверок в научных учреждениях биологического профиля. Также Академия подверглась крупным проверкам в рамках «Дела врачей». В 1951 году учёные Х. Д. Джумалиев, Е. Исмаилов, писатель М. О. Ауэзов и композитор А. К. Жубанов были обвинены в национализме. Канышу Сатпаеву было сказано о необходимости уволить данных людей.

В ответ Сатпаев сказал: «Вот мой ответ: я не дам согласия на такую безосновательную чистку ни в одном из вверенных мне научных учреждений, во всяком случае, пока я руковожу ими».

В том же 1951 году острой критике подвергся и сам Каныш Сатпаев. Его обвинили в сокрытии социального происхождения при вступлении в партию, опеке националистов и сокрытии того, что в 1917 году он был агитатором партии «Алаш-Орда». Затем Бюро ЦК КП Казахстана своим решением от 23 ноября 1951 года сняло его с поста президента и члена президиума Академии наук Казахской ССР.

Вскоре после этого вероятным стало и освобождение Сатпаева с поста директора Института геологических наук АН КазССР. Посыпалась критика в адрес стиля его руководства. Недовольные лица писали жалобы в высшие инстанции, вследствие чего институт стали посещать различные комиссии и проверки. Благодаря поддержке руководства АН СССР должность директора удалось сохранить.

После того, как Сатпаев был уволен с поста главы АН Казахской ССР, президент союзной академии А. Н. Несмеянов предложил ему занять пост председателя Уральского отделения АН СССР. Однако Каныш Имантаевич отказался и предпочёл остаться в Алма-Ате на должности директора Института геологических наук.

Ещё в 1942 году в геологическом институте возникла идея о составлении металлогенических прогнозных карт полезных ископаемых Центрального Казахстана. В 1952 году Сатпаев собрал группу геологов и принялся за осуществление данной идеи. В состав группы вошли Р. А. Борукаев, И. И. Бок, Г. Ц. Медоев, Г. Н. Щерба, Д. Н. Казанли, И. П. Новохатский и Г. Б. Жилинский. Годом раньше, в 1951-м, исследования в этой же области начал коллектив ВСЕГЕИ.

В первый год научных исследований группа учёных-геологов под руководством Сатпаева разрабатывает отличный от существовавших прежде «Комплексный метод формационного металлогенического анализа и прогноза месторождений», который впоследствии служил основой для комплексных металлогенических исследований в СССР. В 1953 году они составили рабочие макеты прогнозной карты. Также, параллельно с исследованиями и разработками, в Алма-Ате регулярно проходили научные конференции, на которых обсуждались достигнутые результаты и планы дальнейших действий. В 1954 году состоялась заключительная конференция, по результатам которой прогнозная карта была рекомендована на проверку в производственных условиях. Следом за Институтом геологических наук АН КазССР завершает свою работу по составлению карты коллектив ВСЕГЕИ.

В течение следующих четырёх лет, с 1954 по 1958 годы, карты подвергались проверке на точность и качество, на эту тему велись научные споры. Окончательные итоги были подведены в декабре 1958 года: прогнозная карта, разработанная Институтом геологических наук АН КазССР была признана наиболее точной. В связи с этим группе геологов во главе с Канышем Сатпаевым была присуждена Ленинская премия.

В 1954 году сменилось руководство ЦК Компартии Казахстана. Первым секретарём стал П. К. Пономаренко, вторым — Л. И. Брежнев. Они пересмотрели дело, связанное с обвинением Сатпаева в 1951 году, и признали учёного невиновным. В июне 1955 года Каныш Имантаевич был вновь избран президентом Академии наук Казахской ССР. В 1956 году он был избран членом ЦК КП Казахстана.

В феврале 1956 года, в рамках шестой пятилетки, перед республикой была поставлена задача увеличить сбор зерна в пять раз, а также ускорить развитие промышленности. В целях осуществления задач, Каныш Сатпаев составил план работ по наиболее важным отраслям науки. Для эффективного контроля за выполнением поставленных задач был создан Совет по изучению производительных сил при Академии наук Казахской ССР (СОПС). За короткий срок был выполнен большой объём научных исследований по изучению природных ресурсов республики и разработке эффективных методов их использования. В 1957 году Сатпаев был награждён третьим орденом Ленина за мобилизацию Академии наук КазССР на освоение целинных и залежных земель.

Ещё в конце 1940-х годов учёные поняли серьёзность проблемы дефицита воды в Центральном Казахстане. Через территорию Казахстана протекают 2174 реки, среди которых полноводные Иртыш, Ишим, Урал, Сырдарья, Или и другие. Однако лишь 5,5 процента воды рек приходилось на долю Центрального Казахстана. В 1949 году, во время выездной сессии Академии наук КазССР, Ш. Ч. Чокин предложил сооружение канала, перебрасывающего в Центральный Казахстан воды Иртыша. Его идею одобрили К. И. Сатпаев и присутствовавший на сессии академик И. П. Бардин.

Впоследствии Сатпаев всячески способствовал продвижению проектирования канала, обосновывал его строительство в высших инстанциях Советского Союза. Летом 1959 года Каныш Сатпаев обосновал необходимость строительства канала перед председателем Госплана СССР А. Н. Косыгиным и добился включения его сооружения в семилетку. Сегодня данное сооружение известно как канал имени Каныша Сатпаева.

В 1958 году Каныш Имантаевич был избран депутатом Верховного Совета СССР 5 созыва. В этом же году за разработку методологической основы и составление прогнозных металлогенических карт Центрального Казахстана, не имевших аналога в мировой геологической практике, группа казахстанских ученых-геологов во главе с академиком К. И. Сатпаевым была удостоена Ленинской премии. Эта работа показала роль казахстанских ученых и школы К. И. Сатпаева всему миру.

В 1959 году он был избран делегатом XXI съезда КПСС, а в 1961 году — делегатом XXII съезда КПСС. В том же 1961 году Сатпаев был избран членом Президиума Академии наук СССР и оставался им до конца жизни. В 1962 году Президиумы АН Казахской ССР и АН СССР выступили с инициативой присвоить Сатпаеву звание Героя Социалистического Труда, однако 1-й секретарь ЦК КП Казахстана Д. А. Кунаев в присвоении звания отказал. В 1962 году Сатпаев был избран депутатом Верховного Совета СССР 6 созыва и заместителем председателя Совета Союза Верховного Совета СССР 6 созыва. В 1963 году Каныш Имантаевич был награждён четвёртым орденом Ленина за заслуги в развитии геологической науки.

Много сил и энергии отдавал академик К. И. Сатпаев становлению и развитию международных связей Казахстана, укреплению и углублению сотрудничества казахских ученых с учеными России, Украины, Таджикистана, Узбекистана, Грузии, Киргизии. Признанием заслуг К. И. Сатпаева в этой сфере стали избрание его членом Президиума АН СССР и почетным членом Академии наук Таджикистана.

Выдающийся ученый страны, он представлял казахстанскую науку и за рубежом. Так, в 1947 г. он в составе делегации Верховного Совета СССР посетил Англию, где достойно представлял ученых страны. Как член советской парламентской группы был принят Уинстоном Черчиллем, премьер-министром Англии Эттли.

Академик К. И. Сатпаев скончался 31 января 1964 г., похоронен в Алматы.

В эти дни академик АН КазССР А. Х. Маргулан написал о нем:

«Рано оборвалась жизнь этого замечательного человека, светоча науки и разума, друга и товарища многих. Он был гордостью своего народа, жил и трудился во имя его процветания. Служение народу он считал высшим идеалом своей жизни…»

Горячо любил народ Каныша Имантаевича. О нем рассказывают легенды, его имя воспевают акыны. И кончина его была горем для всей казахской земли.

И не только казахской. Братские народы разделили наше горе. Со всех концов Советского Союза шли в Алма-Ату в те скорбные дни телеграммы. Москва и Ленинград, Киев и Баку, Ереван и Тбилиси, Ташкент и Таллин, Рига и Вильнюс, Свердловск, Фрунзе, Новосибирск, Владивосток, Джезказган, Каражал, Рудный – все горевали о безвременно ушедшем Каныше. Скорбели о нем и известные ученые, и колхозники, и чабаны, и рабочие, и инженеры”.

Именем академика Сатпаева названы города в Карагандинской области, Институт геологических наук Академии наук РК, Жезказганский горно-металлургический комбинат, малая планета в созвездии Тельца, минерал, ледник и горная вершина Джунгарского Алатау, сорт цветов, улицы и школы в городах и поселках Республики Казахстан.

В настоящее время установлена премия АН РК его имени за выдающиеся достижения в области естественных наук, создан Международный Фонд Сатпаева.

Основные научные работы:

  • Джезказганский меднорудный район и его минеральные ресурсы. Москва, Ленинград, 1932.
  • Минеральные ресурсы Казахстана и их освоение за 20 лет. Алма-Ата, Москва, 1941.
  • Успехи геологического изучения КазССР за 20 лет. Алма-Ата, Москва, 1941.
  • Рудные месторождения Джезказганского района Казахской ССР. Алма-Ата, 1942.
  • Комплексные металлогенические прогнозные карты Центрального Казахстана: принципы и методы составления, содержание и основные результаты внедрения в практику поисковых и разведочных работ. Алма-Ата, 1958.
  • Избранные труды в 5-ти томах. Алма-Ата, 1967-1970.

Его именем названы:

• Институт геологических наук Академии наук Казахстана.

• Город Сатпаев в Карагандинской области (до 13 сентября 1990 года — город Никольский).

• Канал имени Каныша Сатпаева (с 22 сентября 1999 года).

• Малая планета 2402, открытая астрономом Н. С. Черных. По желанию первооткрывателя названа именем Сатпаева.

• Минерал сатпаевит с химической формулой 6Al (OH)3?3v (O2OH)?2v {O (OH)2}, обнаруженный в ванадиевых месторождениях. Цвет от канареечно-жёлтого до шафранно-жёлтого, блеск матовый, перламутровый.

• Экибастузский инженерно-технический институт.

• Казахский национальный технический университет имени К. И. Сатпаева (с 22 сентября 1999 года). В 1999 году в Алма-Ате у корпуса КазНТУ на углу улиц Сатпаева и Байтурсынова был установлен памятник К. И. Сатпаеву (скульптор Т. С. Досмагамбетов, архитектор А. С. Кайнарбаев).

• Улица Сатпаева в городе Алма-Ата и школы во многих городах Казахстана.

• Премия в области естественных наук Академии наук Казахстана. Ледник Сатпаева на северном склоне хребта Джунгарский Алатау, откуда берёт начало река Лепсы.

• Аул в Баянаульском районе Павлодарской области.

Также:

• Установлены памятники в Атырау, Актау, Караганде, Павлодаре, Аксу, Алма-Ате, Баянауле, Жезказгане.

• В 2008 году в Томске на Аллее геологов установлен бюст К. Сатпаеву, вторым после его учителя М. Усова.

• К столетию со дня рождения К. Сатпаева Национальным банком Республики Казахстан была выпущена памятная монета номиналом 20 тенге.

• В Павлодарском государственном университете имени С. Торайгырова ежегодно, начиная с 2001 года, проводится международная научно-практическая конференция «Сатпаевские чтения».

• Улица в городе Павлодаре.

1999г. объявлен ЮНЕСКО годом К.И. Сатпаева.

11 ноября 2008 г. в рамках проходящего в г. Томске Международного научно-практического форума «Минерально-сырьевая база Сибири: история становления и перспективы», посвященного 100-летию первого выпуска горных инженеров и 90-летию образования Сибирского геологического комитета, в историческом центре города Томска состоялось открытие Аллеи геологов, где прошло торжественное открытие памятника Канышу Имантаевичу Сатпаеву.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: